Куашев, как и все, кто был призван в 2006 году, служил 24 месяца, и срок этот давно истек, но уголовное дело продолжало расследоваться. Солдат оставался на территории части еще полгода - его отпустили только в декабре. Сейчас Куашев дожидается суда уже дома, в Кабардино-Балкарии.
Для штатских россиян действующим уголовно-процессуальным законодательством предусмотрено несколько возможностей избежать предварительного заключения - в случае, если их подозревают в совершении преступления небольшой или средней тяжести. Это и подписка о невыезде, и личное поручительство, и домашний арест, и залог. Для военных, независимо от тяжести предъявленных им обвинений, предусмотрены только две меры пресечения: арест и наблюдение у командира. Статья 38 ФЗ о военной службе оговаривает, что солдат не может быть демобилизован, если в отношении него расследуется уголовное дело. Адвокат Алим Биттиров напомнил в ходе вчерашнего заседания, что Конституция гарантирует равные права всем гражданам, но если обычный человек не может быть задержан по подозрению в преступлении больше чем на 48 часов, то для солдата такое задержание может оказаться бессрочным. Причем пребывание в воинской части сильно ограничивает свободу: это подразумевает, например, запрет на свободное передвижение и невозможность заниматься оплачиваемым трудом.
Весной прошлого года Куашев находился в Волгограде, куда был переброшен взвод железнодорожных войск, в котором он служил. Там Куашев, как установила позднее гарнизонная прокуратура, на пару с приятелем избивал солдата-новобранца и вымогал у него деньги. «Дело возбудили в отношении обоих, но Куашева оставили в части дожидаться суда, а его приятеля отпустили домой. При этом Куашев, будучи уже «сверхдембелем», не просто жил в части, а продолжал исполнять все приказы командования. «К тому же вдали от родных, находясь в положении подчиненного солдат - 20-летний мальчишка - не может рассчитывать на получение качественной юридической помощи и защиты», - заявил корреспонденту «Газеты» Биттиров.
Все ответчики, присутствовавшие на заседании, полностью отвергали требования истца, но при этом выказывали явный интерес к теме. Полпред Генеральной прокуратуры Татьяна Васильева обратила внимание судей на то, что уголовное дело о вымогательстве расследовалось недопустимо долго: с марта по декабрь. Если бы положенный двухмесячный срок был соблюден, дело попало бы в суд одновременно с демобилизацией Куашева и проблем бы вообще не возникло. Как выяснилось на заседании, следователи гарнизонной прокуратуры, допустившие волокиту в деле Куашева, уже получили дисциплинарное наказание.
Полпред в Конституционном суде от Совета федерации Елена Виноградова углубилась в историю и напомнила постановление Совета народных комиссаров «О порядке производства арестов» от 17 июня 1935 года и аналогичное постановление, выпущенное Советом министров в марте 1953 года. В нем, в частности, говорилось, что санкционировать арест солдата в любом случае, кроме дезертирства, может только его командир, а на арест офицера высшего комсостава - только глава оборонного ведомства.
Александр Синицын, представлявший Следственный комитет при прокуратуре, тоже обратился к истории. «В советской армии солдаты и старшины на время следствия оставались служить. В царской армии, надеюсь, тоже. И вообще - в армию идут, чтобы служить, а не для того, чтобы заниматься вымогательством». По словам Синицына, в минувший год российскими солдатами-срочниками было совершено около 1,5 тыс. преступлений - и в 93% случаев военнослужащих суды не арестовали, а оставляли под наблюдением командира. «Все приняли это как должное», - сослался на прецеденты Синицын. На это адвокат Биттиров возразил: если бы демобилизованному Куашеву оформили бы подписку о невыезде и разрешили вернуться домой, это никак не подорвало бы обороноспособности страны.
Конституционный суд вынесет свое решение, как ожидается, в течение месяца.
НИНА АСТАФЬЕВА / САНКТ-ПЕТЕРБУРГ