Макияж для Фемиды

Конституционный суд сделал небольшой шаг к обеспечению реальной независимости судей. Глобальных изменений не предложено, но уже сам факт, что сор вынесен из избы, позволяет надеяться на изменения в лучшую сторону

Все началось с обращения в Конституционный суд (КС) бывших судей из Петербурга, Новосибирской, Ростовской областей и Карачаево-Черкесии, не согласных с решениями региональных квалификационных коллегий судей (ККС) о лишении их судейского статуса. В своей жалобе бывшие судьи указывали, что предлоги для их увольнения неконституционны, а наказания несоразмерны.

Прегрешения, за которые судей, обратившихся в КС, лишили должностей, много говорят об отечественной судебной системе. Трое из них обвинялись в нарушениях «процессуального и материального закона», допущенных во время рассмотрения дел. В переводе с юридического на русский это значит, что судьи приняли решения, которые не были обжалованы в суде высшей инстанции, и квалификационные коллегии, посчитав вердикты неправильными, лишили их полномочий. Бывшему председателю районного суда из Карачаево-Черкесии вменялась в вину «безосновательная критика» работы председателя республиканского суда, содержавшаяся в его письме на имя председателя Верховного суда и «сопровождавшаяся выражением политических взглядов». У него также обнаружились нарушения в работе канцелярии, учете движения дел и ведении статистической отчетности. Еще одна представительница судейского сообщества, по мнению региональной ККС, «в своих неоднократных выступлениях на заседаниях органов судейского сообщества Новосибирской области и в письменных обращениях подвергала критике как несоответствующие закону действия председателя и других судей, а также вступившие в законную силу судебные акты», за что и была лишена полномочий. Подчеркнем, что делала она эти заявления на закрытых заседаниях судейского сообщества, а отнюдь не в СМИ, тогда как кодекс судебной этики, за нарушение которого судью можно уволить, действительно запрещает критику работы суда, но только публичную. На это, кстати, и указал Конституционный суд. Для сравнения: недавно ККС Северной Осетии вынесла судье, пойманному за езду на машине без документов и без номеров, к тому же потерявшему свое судебное удостоверение, предупреждение.

Председатель всегда прав

Квалификационные коллегии сами рекомендуют кандидатуру судьи при назначении и сами же впоследствии могут привлечь судью к дисциплинарной ответственности, в том числе и прекратив его полномочия. Прекращение полномочий возможно за «ненадлежащее исполнение своих обязанностей», но что входит в понятие ненадлежащего исполнения, оставалось на усмотрение членов комиссии. «За одно и то же нарушение в одном регионе судья может получить предупреждение или выговор, а в другом — лишиться полномочий», — говорит Андрей Князев, глава адвокатской коллегии «Князев и партнеры». Отсутствие четких разграничений тяжести проступков судей, как и ясных критериев, по которым эти проступки выносятся на рассмотрение региональных ККС, — одна из главных причин зависимости судей от квалификационных коллегий.

При этом квалификационные коллегии находятся под жестким контролем председателей региональных судов. Председатели единолично принимают решение о внесении на рассмотрение ККС вопроса о нарушениях со стороны того или иного судьи. Они же представляют коллегии доклад об этом нарушении. Две трети членов квалификационной коллегии непосредственно подчинены председателю суда. А председатель суда обладает широкими возможностями для создания условий, чтобы в работе того или иного судьи возникли неизбежные нарушения. «Если одному судье дать десять дел с участием двух человек, а другому шесть дел, в каждом из которых по пять-восемь участников, то тот, кто получил меньше дел, окажется в заведомо проигрышной ситуации, — продолжает Андрей Князев. — Так, у первого судьи стороны процесса представлены истцом, ответчиком и двумя адвокатами, их можно быстро собрать и уложиться в отведенные на рассмотрение дела сроки. А у второго истцов и ответчиков будет пять-восемь, у каждого по адвокату, и уложиться в сроки почти нереально, их всех просто трудно одновременно собрать. Тот судья, который рассмотрел более сложные дела, оказывается виновным в нарушениях сроков. А дела между судьями распределяет председатель суда». Понятно, то в ККС голосовать против мнения председателя регионального суда из судей решаются единицы.

Помимо судей в состав квалификационных коллегий входят представители общественности (одна треть состава коллегии). Однако, как считает член совета по совершенствованию правосудия при президенте Тамара Морщакова, в большинстве случаев они тоже угодны председателям судов. Но даже если допустить, что общественность в ККС вдруг воспротивится увольнению кого-либо из судей, расклад существенно не меняется. Для лишения полномочий судьи достаточно набрать две трети голосов в квалификационной коллегии, а эти две трети как раз и составляют судейские.

Понятно, что при таком положении дел председатель суда может без особого труда добиться от судей принятия решений, в которых он заинтересован. А дальше все зависит от того, кто в регионе контролирует самого председателя суда.

Третий элемент

Вердикт КС можно разделить на три элемента, каждый из которых по-своему важен. Первый — решение о лишении статуса судьи должно приниматься только тайным голосованием. На самом деле мера скорее косметическая, поскольку обеспечить действительно тайное голосование на коллегии, состоящей из двух десятков человек (в регионах, бывает, и того меньше) почти невозможно. Однако изменение процедуры все-таки дает некоторый шанс судьям избежать санкций со стороны председателя суда за неугодное ему голосование. Кроме того, КС потребовал от квалификационных коллегий мотивировать их решения и заносить в протоколы заседаний ККС. Сейчас в протоколах зачастую указывается лишь на лишение судьи полномочий, но не говорится, в чем именно заключалась вина.

Второй элемент — ограничение набора самих поводов, по которым ККС могла бы вмешаться в действия судьи. Квалификационные коллегии судей не вправе досрочно прекращать полномочия судьи при рассмотрении дел. Как постановил Конституционный суд РФ, подобные решения вправе принимать только вышестоящие суды: «Квалификационные коллегии судей не могут быть признаны компетентным органом для оценки законности судебного акта».

Третий и, возможно, наиболее важный элемент — принципиальное решение о вынесении этого вопроса на все уровни власти. Важен сам по себе факт обсуждения проблемы гипертрофированной зависимости судей от квалификационных коллегий и председателей судов в документе столь высокого статуса. Долгое время это выносилось лишь в прессу или на разного рода конференции.

Все это, конечно, радикально не меняет положение дел в судейском сообществе и вряд ли обеспечивает