Вчера Конституционный суд рассмотрел в открытом заседании проблему защиты прав потерпевших в Уголовно-процессуальном кодексе РФ. 60 заявителей, включая уполномоченного по правам человека и президиум Курганского облсуда, оказались возмущены невозможностью обжаловать судебное решение в надзорной инстанции, даже в тех случаях, когда убийца выходит на свободу по ошибке суда или следствия.
“Этим приговором убили меня второй раз прямо в зале суда”, -- рассказывает Людмила Башкирова о процессе над убийцей своей старшей дочери. У нее с собой папка с фотографией Ангелины, высокой эффектной блондинки, которой теперь всегда будет двадцать один. Убийцу оправдал суд присяжных, невзирая на тот факт, что экспертиза полностью доказала его причастность. “Она была бесстрашной, она долго боролась, исцарапала ему все лицо”, -- тихо рассказывает мать. Более того, в ходе заседания была перепутана группа крови жертвы и, по мнению Башкировой, на этой ошибке было построено ложное алиби для обвиняемого. Из 100 кандидатов в присяжные для отбора были приглашены только 25 человек и заявительница уверена, что их отбор не был объективным: “такими делами должны заниматься квалифицированные специалисты, а не кухарки”. К сожалению, обжаловать уже вынесенное решение она не может, поскольку согласно 405 статье УПК, не допускается пересмотр в порядке надзора (вышестоящей судебной инстанцией), влекущий ухудшение положения осужденного.
Уполномоченный по правам человека ходатайствовал в интересах отца, поскольку убийце его сына срок заключения с восьми лет был в итоге переквалифицирован до трех. А отца Евгении Бакотиной соседка по коммуналке буквально забила ножом (15 ударов по туловищу и “14 поверхностных колото-резаных ран”), однако приговор ее – два с половиной года условно. “Получается, что любое преступление при недобросовестно проведенном следствии может остаться безнаказанным”, -- пишет Евгения Бакотина в своей жалобе. Сына Галины Днепровской обвиняемый забил до смерти ногами и стеклянной бутылкой при свидетелях, однако срок – год лишения свободы условно с испытательным сроком два года. Надзорная инстанция Читинского облсуда отказала Днепровской в пересмотре дела, сославшись на оспариваемую статью. “Человеческое достоинство ущемляется дважды, -- заявил адвокат одной из заявительниц Вячеслав Жуковский, -- во-первых, когда государство не создает безопасных условий существования, а во-вторых, когда нет условий для защиты прав граждан”. Правда, признание оспариваемой статьи неконституционной ничуть не улучшит защиту прав граждан, ведь во многих жалобах заявители, неизвестно кем просвещенные, просят о возвращении института доследования (то есть возможности вечно держать подозреваемого под арестом, и возвращения к медленным советским срокам судопроизводства). Да и невозможность судить дважды по одной и той же статье закона – слишком важная гарантия.
Еще в ходе дискуссий по УПК в Думе противники и сторонники кодекса пытались заставить депутатов выбирать между правами потерпевшего и правами обвиняемого, то есть между жертвой и презумпцией невиновности. Но депутатам удалось уклониться от решительного ответа на этот вопрос и спорщики остались при своем. “Я категорически против 405 статьи, -- заявил представлявший Генпрокуратуру Сабир Кехлеров, -- я говорил об этом еще когда кодекс принимали, она нарушает права граждан”. А разрабатывавшая УПК, ныне представитель Госдумы в КС Елена Мизулина, напротив, считает, что ответственность за эти судебные ошибки вовсе не на законе: “То, что здесь сейчас так много потерпевших – это вина прокуратуры и судов, это же апофигизм – абсолютное неумение интерпретировать законы”, -- заявила Мизулина. “Они не работают с потерпевшими как с союзниками, а ведь и дознаватели, и следователи, и прокуроры, и потерпевшие – это одна сторона в процессе, они должны быть адвокатами для потерпевших”, -- негодовала Елена Мизулина. Представитель президента в КС Михаил Митюков постарался избежать лишних эмоций и выразил надежду, что суд подскажет законодателю как это проблему решить.
Решение по делу будет вынесено через две-три недели.